ФСБ предупреждает: публикация кадров атак БПЛА в интернете теперь может обернуться обвинением в госизмене. Как правило, впрочем, региональные власти выписывают штрафы за «несогласованный контент», но «Первому отделу» известно и об уголовных делах за видео с беспилотниками на оккупированных территориях Украины. Разбираемся в правовых тонкостях запретов и объясняем ситуацию.
Единого закона, прописывающего такой запрет в Уголовном кодексе (УК) или Кодексе об административных правонарушениях (КоАП), не существует. Однако запрет введен на региональном уровне решениями оперативных штабов и антитеррористических комиссий. К лету 2026 года такие ограничения действуют уже более чем в 60 субъектах РФ (включая Москву, Санкт-Петербург, Ленинградскую, Ростовскую, Белгородскую и другие области).
Например, в мае 2026 года Антитеррористическая комиссия Москвы официально запретила публикацию текстов, фото и видеозаписей о последствиях терактов и атак БПЛА.
При этом, как отмечают юристы «Первого отдела», такой запрет не согласуется с главным законом РФ. Право получать и распространять информацию — конституционное, оно может быть ограничено только федеральным законом. Решения каких-либо региональных комитетов не могут вводить такие ограничения.
- Фото и видео летящих беспилотников и моментов работы систем ПВО/РЭБ.
- Кадры последствий прилетов (разрушения зданий, пожары, повреждения инфраструктуры).
- Любую информацию, позволяющую привязать событие к геопозиции, определить траекторию полета, место запуска или конкретную точку падения.
Разрешено публиковать только официальную информацию и материалы, выпущенные профильными ведомствами (Минобороны, региональные администрации, мэр Москвы и т. д.).
В отсутствие единой уголовной или административной статьи сейчас региональные власти наказывают граждан по местному законодательству, а силовики используют смежные статьи федерального КоАП.
- Региональные штрафы: за нарушение указов местных оперативных штабов введены административные штрафы. Например, в Москве и Ростовской области для граждан они составляют от 3 000 до 5 000 рублей, для должностных лиц — до 40 000 рублей, для юридических лиц (включая СМИ и Telegram-каналы, оформленные на юрлиц) — от 50 000 до 400 000 рублей.
- Федеральный КоАП (ч. 9–11 ст. 13.15 — Распространение заведомо недостоверной общественно значимой информации): силовики нередко трактуют неофициальные публикации или завышенные (по мнению властей) данные о разрушениях как «фейки». Штрафы для граждан здесь выше — от 30 000 до 100 000 рублей с конфикацией предмета правонарушения (телефона, камеры).
- «Профилактика»: авторов видео задерживают и принуждают записывать на камеру публичные извинения с обещанием «больше так не делать».
Это не слухи, а угрозы российских чиновников. Еще год назад о возможной квалификации съемок БПЛА как госизмены предупреждали в комиссии Общественной палаты РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов. Сейчас об этом же говорят в ФСБ.
Кроме того, «Первому отделу» известно и об уголовных делах по статьям о госизмене и шпионаже за видео с беспилотниками на оккупированных территориях Украины.
С юридической точки зрения состав госизмены в данном случае рассматривается через формулировку: «оказание финансовой, материально-технической, консультационной или иной помощи иностранному государству […] в деятельности, направленной против безопасности РФ».
То есть сам по себе факт съемки и выкладывания видео в локальный чат «для истории» автоматически госизменой не является — для этого требуется доказать умысел. Однако следствие может заявить, что:
- Выкладывая видео работы ПВО или прилета в публичный доступ, гражданин понимал, что вражеская сторона использует этот контент для объективного контроля (корректировки огня, оценки эффективности удара).
- Если будет доказано, что автор видео целенаправленно отправлял файлы в украинские чат-боты, представителям ВСУ/ЦИПсО или координировал свои действия с кураторами, дело безоговорочно квалифицируют по ст. 275 УК РФ.
Кроме того, обязательным условием для возбуждения уголовного дела должен быть факт общения автора видео с человеком или организацией, действующими против России.
«Такие дела уже существуют на оккупированных территориях. Если при изъятии телефона будет обнаружена переписка с иностранцем и отправка по его просьбе видео или фото прилета, существуют большие риски возбуждения уголовных дел».
Ограничения на съемку военных действий — стандартная мировая практика в условиях вооруженных конфликтов, поскольку открытые данные (OSINT) мгновенно используются разведкой противника.
Так, например, весной 2022 года в Уголовный кодекс Украины была введена статья 114-2. Она запрещает снимать прилеты, работу ПВО, позиции военных и указывать геолокацию до публикации официальных данных. Наказание — реальные тюремные сроки: от 5 до 8 лет (а если это повлекло тяжкие последствия или совершено по предварительному сговору — от 8 до 12 лет). СБУ регулярно задерживает блогеров и владельцев уличных веб-камер.
В Израиле съемки военных атак регулируется как жесткой военной цензурой, так и работой спецслужб. СМИ и крупные блогеры по закону обязаны согласовывать материалы, касающиеся госбезопасности. Публикация точных мест падения ракет или позиций батарей «Железного купола» строго запрещена. Мониторингом соцсетей и физическим поиском тех, кто снимает работу ПВО, занимается служба внутренней безопасности «Шабак». Гражданам грозит уголовное преследование за пособничество врагу, а иностранным корреспондентам — аннулирование аккредитации и депортация.
Отвечает адвокат «Первого отдела» Евгений Смирнов:
«Никогда никому не буду запрещать выкладывать фото и видео результатов прилетов. Однако, если вы решите опубликовать такое видео, важно понимать риски. Сейчас за обычное размещение контента в сетях (домовые чаты, группы друзей, соцсети и пр.) вам может грозить в худшем случае неприятный разговор с силовиками и штраф.
Однако если вы опубликуете или даже просто перешлете кому-то такое видео по просьбе (или просто после переписки) иностранца либо представителя иностранной организации, то существует серьезный риск возбуждения уголовного дела о госизмене».