![](https://dept.one/wp-content/uploads/2024/07/1Dep_Diversion_1_Snippet.png)
По данным проекта Avtozak LIVE, в России более 550 человек преследуют за диверсии и поджоги военкоматов. Если поджог военкомата чаще всего квалифицируют как теракт, диверсиями власти зачастую считают поджоги батарейных и релейных шкафов, атаки станций и вокзалов или непосредственные поджоги поездов.
Во многих делах о диверсиях фигурируют «анонимные заказчики», которые предлагают совершить поджог за вознаграждение. Правозащитники считают, что за такими «заказами» могут стоять провокаторы из спецслужб. А обвинительные приговоры, тем временем, выносят в том числе на основе полученных под пытками признаний.
Что именно государство понимает под диверсией? В чем ее отличие от теракта? Что могут посчитать доказательством диверсионной деятельности? Разбираемся в памятке.
Согласно статье 281 УК, диверсия — это совершение взрыва, поджога или иных действий, направленных на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения.
Цель диверсии — подрыв экономической безопасности и обороноспособности РФ. Наказание за диверсию суровое: минимум 10 лет лишения свободы, максимум — 12.
Срок от 12 до 20 лет предусмотрен, если диверсия совершена группой лиц по сговору и/или на объектах ВС РФ или организациях оборонно-промышленного комплекса.
Если диверсия совершена на объектах атомной энергетики, обвиняемого ждет наказание от 15 до 20 лет колонии.
Подробнее — в статье Уголовного кодекса.
По данным Avtozak LIVE, в России более 550 человек преследуют за диверсии и поджоги военкоматов. Всего с начала войны, как посчитал проект, атакам подверглось 147 объектов Ж/Д инфраструктуры.
По данным ОВД-Инфо, в 2022 году по статье о «диверсии» вынесли один приговор, в 2023 — 12. А в июне 2024 года только по делам о поджогах релейных шкафов осудили 15 человек.
Также в 2023 году в Уголовный кодекс включили новые статьи (281.1, 281.2 и 281.3), устанавливающие ответственность за диверсионные преступления. За образец были взяты аналогичные «террористические» статьи.
Правозащитный центр «Мемориал» считает, что составить объективную картину преследований за диверсии, направленные на снижение боеспособности российской армии, очень сложно:
«Чаще всего неизвестно не только, скольких людей обвиняют в подготовке и совершении диверсий и чем эти обвинения доказываются, но и какие именно аварии были вызваны целенаправленными повреждениями со стороны партизан, а какие — нарушением техники безопасности или другими причинами. Государственные власти могут быть заинтересованы в том, чтобы выдавать успешные атаки и диверсии за случайности, в противном случае это может грозить деморализацией сторонников войны с Украиной и, наоборот, вдохновлять противников».
- Установка перемычки между рельсами для срабатывания красного сигнала семафора.
- Поджог релейного шкафа.
- Поджог электростанции на железной дороге.
- Поджог товарного поезда с дизельным топливом.
- Поджог военной техники.
Содействием диверсионной деятельности считается:
- «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица» в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьей о диверсии (281 УК). Также содействием считается материальная (поставка вооружения) или финансовая помощь диверсанту. За все вышеперечисленное можно получить срок от 8 до 15 лет колонии или пожизненное лишение свободы.
- Пособничество. Наказывается лишением свободы на срок от 10 до 20 лет.
- Организация диверсии и организация ее финансирования. За это грозит от 15 до 20 лет колонии или пожизненный срок.
Пособничество — это содействие:
- советами;
- указаниями;
- предоставлением информации, средств или орудий;
- устранением препятствий к совершению диверсии;
- обещанием скрыть преступника, средства, орудия и следы преступления;
- обещанием приобрести или сбыть такие предметы.
Финансирование диверсии — это предоставление или сбор средств с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения диверсии.
А также материальное обеспечение объединений, которые были созданы для диверсионной деятельности.
Под этим понимается приобретение знаний, умений и навыков в целях совершения диверсии.
Что такое «приобретение знаний»?
Это физическая или психологическая подготовка; изучение правил обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми, отравляющими и другими опасными для окружающих веществами.
Наказывается лишением свободы на срок от 15 до 20 лет или пожизненным лишением свободы.
Под «организацией» подразумевается создание устойчивой группы лиц, которые объединились с целью осуществления диверсии и других преступлений с целью пропаганды, оправдания и поддержки диверсии. Наказывается лишением свободы на срок от 15 до 20 лет либо пожизненным лишением свободы.
Участие в диверсионном сообществе предполагает лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.
- Хранение веществ, из которых может быть изготовлена зажигательная смесь или взрывчатка.
- Инструкции по изготовлению зажигательных смесей и взрывчатки.
- Символика организаций, признанных нежелательными, экстремистскими или террористическими.
- Переписка с «заказчиком» диверсии.
- Факт следования в место совершения диверсии (записи с камер, поездки на такси, билеты).
- Обсуждение планов и одобрение диверсий соцсетях и мессенджерах. Чаты и группы могут стать «доказательством» наличия диверсионного сообщества.
В новостях о диверсантах часто фигурируют анонимный заказчик или организация, которые предложили совершить поджог за вознаграждение. Если следствие решает, что диверсию совершили по заданию, например, Легиона «Свобода России» или другой запрещенной в РФ организации, могут добавить статью об участии в террористической организации (205.5 УК) или госизмене (275 УК).
В материале «Вот так» участник правозащитной организации «Зона солидарности» говорит, что, заявляя о проплаченности поджогов, ФСБ не подтверждает свою версию ничем, кроме слов самого обвиняемого:
«Допустим, в приговоре написано, что человек якобы получил деньги и в показаниях он об этом говорит. При этом нет никаких переводов, ничего. Получается, как при Сталине, явка с повинной — царица доказательств. Случаи, когда поджог не был осуществлен, а человека задержали якобы во время подготовки, мы считаем провокацией российских спецслужб».
Также о провокации могут говорить ситуации, когда человек приходит к месту совершения диверсии, а там его уже ожидают силовики.
Где провокаторы ищут жертв?
Жертвами провокации становятся пользователи соцсетей, — чаще всего это ВКонтакте и Telegram — которые:
- подписаны на антивоенные или оппозиционные паблики, оставляют там комментарии, ставят лайки или репостят публикации к себе на страницу;
- состоят в публичных чатах и активно высказывают отличную от официальной риторики властей точку зрения. Например, «дискредитируют» российскую армию или «публично призывают» к смене власти;
- подписаны на реальный или фейковые паблики Легиона «Свобода России», размещали у себя на странице их символику, отправляли им сообщения в бот или заполняли анкету для вступления.
Формально теракт, в отличие от диверсии, направлен на дестабилизацию деятельности власти или международных организаций либо воздействие на принятие ими решений. А еще он должен «устрашать» население.
Кроме того, в статье о «теракте» не прописаны конкретные объекты, в отношении которых могут совершаться взрыв, поджог и иные действия, квалифицируемые как теракт.
Также недонесение о теракте может повлечь ответственность, а недонесение о диверсии — нет.
Поджоги военкоматов, как правило, квалифицируют как террористическую деятельность. А вот поджоги релейных шкафов иногда считают терактом, а иногда — диверсией. От чего это зависит? Отвечает участник «Зоны солидарности»:
«Квалификация поджогов военкоматов по статье “террористический акт” не соответствует самой этой статье — то есть незаконна и необоснованна в том числе с точки зрения российского законодательства. Потому что одной из важных составляющих террористического акта является “устрашение населения”, а ни у кого из поджигателей и поджигательниц военкоматов такого умысла нет. Как и нет этого “устрашения населения” по факту: ни в комментариях, ни в других реакциях людей мы не видим устрашения поджогами военкоматов. Подробнее об этом мы писали в нашем материале.
Точно так же не должны квалифицироваться как теракты поджоги на железной дороге. Они никого не устрашают, и у тех, кто совершают эти акции, нет умысла на устрашение населения.
Что касается статьи о диверсии, ее применение, на наш взгляд, тоже неуместно. Дело в том, что диверсия должна быть направлена на подрыв экономической безопасности или обороноспособности страны. Но те, кто поджигают электрооборудование на железной дороге, как правило, хотят подорвать не экономическую безопасность или обороноспособность, а наступательный потенциал российской армии, что, конечно же, не равно обороне.
Квалификация поджогов на железной дороге по статьям 205 (террористический акт) или 281 (диверсия) зависит только от двух факторов: фантазии следователя и того, какое ведомство расследует дело. ФСБ может расследовать и “террористические акты”, и “диверсии”. А вот Следственный комитет — только “теракты”. Поэтому, если следствие ведет подразделение СК, квалификация будет по статье 205. Если они квалифицируют его по статье 281, дело придется отдать ФСБ. И исходя уже из выбранной следователем квалификации, будут подгоняться показания задержанного. По таким делам после задержания почти всегда следуют пытки, и подозреваемые подписывают все, что им дадут. Соответственно, там будут формулировки либо о воздействии на органы власти с целью принятия решения о прекращении “СВО” (по 205-й), либо о подрыве экономической безопасности или обороноспособности РФ (по 281-й)».
Человека могут осудить, даже если он не довел диверсию до конца. Такие ситуации трактуют как приготовление к преступлению или покушение на него.
Приготовлением считаются поиск орудий и соучастников для его совершения, сговор с кем-либо и иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом оно не было доведено до конца по не зависящим от обвиняемого обстоятельствам.
Покушением считают умышленные действия человека, направленные на совершение преступления, если при этом оно не было доведено до конца по не зависящим от лица обстоятельствам.
За «приготовление» наказание не может превышать 1/2 от максимального срока, а за «покушение» — не более 3/4.
Где проходит грань между приготовлением к преступлению и покушением на него?
Если взять в пример диверсию, то приготовлением будет подготовка взрывного устройства, разведка местности, покупка билетов и прочее. А покушением — попытка совершить диверсию. Например, следование к месту с зажигательной смесью, попытка ее применить.
Фигуранты дел о диверсиях сообщали о пытках со стороны силовиков. Любую информацию, полученную таким образом, нельзя считать достоверной. Обвинительный приговор, тем временем, могут вынести, основываясь именно на признании. Учитывайте это в тех процессах, за которыми следите.