«У нас есть два варианта: посадить или закопать». История трансдевушки Луны, которую ФСБ планировала обвинить в госизмене

14 мая 2025 года 17-летняя трансдевушка по имени Луна проснулась после комы. За четыре дня до этого она и ее уже бывшая девушка Настя совершили попытку суицида — выпили высокую дозу нейролептиков. «Нас раздавил “арест” — рассказывает Луна, — Изначально тему завела Настя. Меня вся эта ситуация разматывала, и она все чаще предлагала покончить с собой. Когда мы выпили таблетки, я решила, что хочу жить, разбудила бабушку и попросила вызвать скорую. Дальше все как в тумане».

ФСБ пришла к Луне 7 мая в шесть утра: «Я встаю, открываю шторы, за окном толпа, человек 11. Открываю дверь — это ФСБ».

Луна зарабатывала на жизнь программированием, последние месяцы до обыска жила вместе с бабушкой и 18-летней Настей — своей партнеркой, тоже трансдевушкой.

Сотрудники ФСБ сразу заявили, что Луну и Настю обвиняют госизмене и экстремизме. Они не искали ничего конкретного — смотрели фотографии в телефонах, читали переписки и, когда находили что-то им интересное, задавали вопросы. В телефоне Луны они нашли переписки как минимум с двумя людьми из Украины, забрали всю технику, документы и банковские карты и отвезли девушек в отдел полиции.

Хиро Онода из «Азова» и Альма из Днепра

В Телеграме Луна переписывалась со своей бывшей девушкой из Украины Альмой и военным из полка «Азов» под никнеймом Хиро Онода, с которым она в 2024 году познакомилась в тульпа-сообществе. «Тульпа — это вторичная личность, которую человек себе создает по тем или иным причинам», — объясняет Луна. Термин «тульпа» пришел из тибетского буддизма — в религиозных традициях это означало мысленную форму, созданную силой медитации. Тульповодами называют тех, кто создает тульп и взаимодействует с ними. В чатах тульпа-сообщества люди делятся своим опытом и обсуждают все, что связано с тульповодством.

По большей части Луна и Хиро Онода говорили про создание тульп, взаимодействие с ними и общались на другие темы, которые поднимались в сообществе. В чатах он нередко писал про Украину, рассказывал, что служит в «Азове», присылал фото оружия. Иногда спрашивал про отношение Луны к войне, и она честно отвечала, что не поддерживает действия России. При этом Луна не подозревала своего друга в том, что он специально провоцирует ее на «опасные» ответы и действия. Нам не удалось установить личность этого человека.

ФСБ нашла в телефоне Луны старые сообщения — она писала, что собирается навестить Альму в Украине. Осуществить эти планы, впрочем, Луна никогда не пыталась. Также в приложении в Телеграме они иногда отправляли друг другу небольшие суммы денег.

«У нас есть два варианта: посадить или закопать»

На допросе Луну спрашивали про все ее перемещения за последний год, о том, планирует ли она поехать к Альме и вступить в «Азов», что думает про войну; а еще про сексуальные контакты и про то, кем Луна себя считает — мужчиной или женщиной. Были вопросы про военный аэродром в трех километрах от Морозовска: планировали ли Луна с Настей фотографировать его, отправлять кому-то геолокацию или попробовать попасть на территорию. Луна отвечала, что поддерживает Россию, никуда ехать и ничего фотографировать не собирается, хочет порвать со всеми опасными контактами и жить спокойно.

«Они добивались признания в том, что я хочу поехать в Украину, но я правда не планировала, — говорит Луна, — Тогда я не придумала ничего лучше, чем сказать, что я за Россию. Не знаю, поверили ли они, учитывая все контакты из Украины, которые они видели в телефоне, и переписки, в которых я ясно выражаю свою позицию».

Некоторые вопросы задавали по несколько раз, надеясь, что Луна скажет что-то новое:

«Один из мужчин подошел ко мне очень близко — я сидела на стуле, а он стоял надо мной и очень громко задавал все те же вопросы. Он не услышал ничего нового, пару раз меня ударил и остановился, когда его напарник сказать прекратить, потому что я несовершеннолетняя. Он ответил, что очень сильно хотел бы меня отпиздить. Еще говорили, что у них есть два варианта: или посадить, или закопать, и они предпочитают закопать. Все это длилось час, может, минут 40».

После допроса к Луне подошел сотрудник ФСБ и сказал, что Настя призналась в планах поехать в Украину. Луна была уверена, что он блефует и таким образом хочет вывести ее на аналогичные слова, ведь ничего подобного они не планировали. Когда они встретились в коридоре, Настя подтвердила свои слова. «В тот момент я почувствовала удивление, злость и непонимание, — говорит Луна, — На вопрос, зачем она это сделала, Настя сказала, что не видит в этом ничего плохого и не понимает, что может случиться».

У девушек взяли отпечатки пальцев и выдали предостережение о недопустимости нарушения закона, в котором говорилось, что им запрещено покидать дом до 11 мая.

«Пускай хоть подохнет на улице»

Следующие четыре дня к Луне и Насте каждый день по пять-шесть раз приходили силовики. Они ставили девушек к стенке, кричали, угрожали. Бабушка Луны была полностью на стороне ФСБ и оказывала силовикам содействие даже там, где этого не требовалось, «как будто пыталась выслужиться, чтобы ее тоже не забрали».

Когда Луна и Настя очнулись после комы, к ним в больницу пришла полиция. «Спрашивали, “нахуя мы это сделали”, была ли это идея Насти. Видимо, чтобы статью о доведении до суицида повесить. Это правда была ее идея, но я им ничего не сказала, — говорит Луна, — Потом пришел психиатр, задавал те же вопросы в таком же тоне. Ему я ответила, что больше не буду делать ничего подобного, и нас выписали».

Силовики продолжили приходить домой, но уже реже. После попытки суицида бабушка Луны пыталась выгнать Настю из дома. Когда девушки говорили, что ей некуда идти, то в ответ слышали «пускай хоть подохнет на улице». По инициативе бабушки на Настю составили протокол о распространении информации о нетрадиционных сексуальных отношениях среди несовершеннолетних — за то, что это якобы она привила Луне идею «сменить пол». Когда Луна пыталась опровергнуть слова бабушки, ее затыкали и оскорбляли.

Оставаться дома было невозможно. Луна связалась с дядей — отношения с ним были намного лучше, чем с бабушкой, — и рассказала о том, что с ней происходит. Он купил Насте телефон, ее родственники прислали немного денег на жилье, и девушки сняли номер в гостинице. Луна начала проводить все меньше времени с Настей, и из-за этого ее бабушка обратилась в органы опеки. Сотрудники приехали в гостиницу, спросили Луну, может ли она до 18 лет пожить в центре временного содержания несовершеннолетних, услышали твердое «нет» и уехали. Позже по инициативе бабушки они назначили комиссию, но Луна на нее не пришла.

Когда девушки переехали гостиницу, силовики начали приходить и туда, иногда звонили. Луна говорит, что, когда она выходила на улицу, за ней ездила машина без номеров.

В гостинице Луна связалась с Хиро Онода, рассказала про обыск и допрос. Он прислал ей 300 долларов в криптовалюте и посоветовал уехать в Литву или Польшу через Беларусь и ни в коем случае не ехать в Украину. Через некоторое время он удалил все аккаунты в соцсетях и больше ни разу не выходил на связь. «Не знаю, действительно ли он был тем, кем представлялся. Возможно, он пропал, потому что погиб на фронте», — говорит Луна.

 «Я просто пыталась выжить»

Чтобы скрыться от преследования, Луна и Настя почти без денег и без документов уехали из Морозовска в Ростов-на-Дону. Первые несколько дней после отъезда они спали на балконе многоэтажки. Чтобы решить вопрос с жильем, Луна начала активно искать организации, которые помогают ЛГБТК-людям. После получения финансовой помощи они уехали в Краснодар, потому что оставаться в Ростове было слишком дорого. Там они смогли снять комнату без документов. «Я просто пыталась выжить», — описывает этот период Луна. В конце мая она связалась с «Первым отделом» и начала готовиться к эвакуации.

В сентябре Луне исполнилось 18 лет и в ноябре, чтобы быстрее восстановить документы, они с Настей снова уехали в Ростов и вскоре расстались. Луна посчитала, что Настя пыталась ее подставить.

В Ростове Луна устроилась на стройку — для этого не нужны были документы, а зарплату выдавали в конце рабочего дня, что позволило ей дотянуть до отъезда. Через некоторое время туда же устроился мужчина, который сразу попытался с наладить с Луной контакт и настойчиво предлагал помощь с жильем; говорил, что у него в доме есть свободная комната, что таких, как Луна, очень мало, и что с такими знаниями можно «принести и себе, и другим пользу», но никогда не предлагал ничего конкретного. Через некоторое время он нашел ее в WhatsApp и продолжил предлагать сотрудничество. При этом Луна не давала ему номер для связи и не рассказывала ничего про свой профессиональный опыт.

«Он все никак не хотел от меня отвязываться, говорил, что я умная дохера. В какой-то момент сказал, что связан со спецслужбами разных стран. Нашел меня в WhatsApp, начал все время мне написывать, предлагал устроить вечеринку у него дома. Спрашивал, знаю ли я Илона Маска и показывал, что у него есть переписка с ним, это было очень смешно. Когда я перестала выходить на работу, он начал писать, спрашивать, почему я не выхожу», — рассказывает Луна. Она считает, что это мог быть сотрудник ФСБ, который пытался ее завербовать.

«Это был единственный вариант продолжить жить нормально»

Все это время силовики никуда не исчезали. Например, незадолго до переезда из Краснодара в Ростов Насте звонила инспектор по делам несовершеннолетних. Она просила приехать в Морозовск или Ростов, чтобы «закрыть все вопросы», не уточняя, что конкретно имеется в виду. После этого она звонила еще один раз, но Настя не подняла трубку и не стала с ней встречаться.

Отец Насти попытался вернуть ее технику и выяснил, что вещи лежат в отделе УФСБ по Белой Калитве — городе в 90 километрах от Морозовска. Вероятно, сотрудники ФСБ, которые проводили обыск и допрос, тоже были оттуда.

Дело в отношение девушек так не завели, поэтому мы не знаем, как именно на них вышли силовики. Луна считает, что к ним могли прийти по доносу бывшего парня Насти: по ее словам, спустя несколько месяцев после начала давления, он спрашивал, не посадили ли ее в тюрьму — при этом девушки не рассказывали о том, что с ними происходит никому кроме Хиро Оноды. Мы не исключаем, что военным из «Азова» на самом деле мог быть провокатор из спецслужб.

«Не всегда по 275 статье людей сразу отправляют в СИЗО, — говорит адвокат “Первого отдела” Евгений Смирнов, — Система перегружена и еле справляется с потоком дел. Поэтому часто долго исследуют телефоны, получают согласования. Иными словами, бюрократия позволяет получить отсрочку от дела. А иногда людей специально держат в подвешенном состоянии и наблюдают за их поведением».

1 декабря 2025 года Луна оказалась в безопасной стране. Настя осталась в России.

«В момент отъезда у меня были смешанные чувства. Было грустно уезжать, вспоминала довоенную Россию. В ней хоть и начиналось закручивание гаек, но хоть какие-то признаки адекватность существовали. Но в тот момент я осознавала, что если я останусь в России, рано или поздно меня посадят. При выезде понимала, что это может быть поездка в один конец, что это большой риск. Было страшно, но это был единственный вариант продолжить жить нормально.

В новой стране я наконец чувствую себя спокойно и более-менее стабильно. Я не боюсь, что ко мне могут прийти, что могут возникнуть связанные с государством проблемы. Я уже освоилась, нашла работу. В дальнейшем планирую переехать во Францию».